Адольфус Типс и её невероятная история

– Нет, конечно, – ответил он. – Что я, ненормальный, что ли? Но нам нужно убираться отсюда. Сейчас же!

– Ещё только разок, – взмолилась я. – Пожалуйста, Барри. Она, может быть, ждёт нас прямо сейчас. Ну пожалуйста. – Я знала, что он мне позволит, и так и вышло."

"Мы шли через поля, а луна словно плавала в море. В бухте стояло много кораблей, больше обычного. Несмотря на лунный свет, небо над морем было темнее, чем над холмами за фермой. Там занималась заря. Пока ещё без солнца – только серое начало нового дня. Всё было тихо. Мы залезли на ворота и стояли там, просто прислушиваясь. Потом стали звать Типс – сначала слабо, потом чуть погромче, потом так громко, насколько хватило смелости. Никто не отозвался, вокруг стояла какая-то пустая, жутковатая тишина. Это было странно, потому что я чувствовала, как будто тишина чего-то ждёт, и когда всё началось, совсем не так удивилась, как должна была.

Вдруг всё небо заполнили жёлтые и оранжевые вспышки у горизонта, а потом раздался жуткий рёв. И взрывы, один за другим: внизу на берегу и в деревне – и они бабахали всё ближе и ближе к нам. Земля у меня под ногами затряслась. Барри схватил меня за руку, и мы побежали, понеслись во всю прыть. Но как быстро мы ни бежали, взрывы нас как будто нагоняли. Я визжала и вопила. Потом запнулась и покатилась, а Барри упал почти прямо на меня. Потом взрывы прекратились, и мы набрались духу встать и оглядеться. В слабом свете я увидела, что к берегу сквозь дым подходят десантные катера, сначала два или три, потом целые десятки, и солдаты прыгают в воду и выбираются на берег, всё время стреляя.

Барри помог мне встать, и мы опять понеслись. Мы пробежали уже как будто целые мили, но всё не останавливались до самой колючей проволоки. Я так торопилась, когда пролезала под проволокой, что зацепилась за неё своим пальто, и Барри пришлось остановиться и снять меня с колючки. Пока мы вместе шли домой, я вся дрожала и едва могла дышать и говорить. У задней двери, прежде чем войти, Барри заставил меня пообещать никогда больше не лазить под проволокой. Я пообещала и на этот раз честно-пречестно. Я до смерти перепугалась. Больше никогда туда не пойду, ни за что на свете, даже ради Типс.

В школе мы с Барри целый день переглядывались. Все говорили про стрельбу над морем сегодня утром. Все её слышали или слышали про неё, но мы-то сами там были. Миссис Блумфелд сказала, что, скорее всего, это будет повторяться снова и снова. «Им нужно натренироваться, – объяснила она. – Так в любом деле, дети. Если хочешь сделать что-то хорошо, нужно тренироваться. А если мы хотим, чтобы они победили в войне, если хотим, чтобы Европа снова стала свободной, тогда мы хотим, чтобы они тренировались, сколько им надо, ведь так?»

Кот дяди Джорджа опять пришёл к нам на кровать.