Адъютант палача 3

Сразу после достопамятного разговора с Романовыми, я сдал все дела помощнику Шувалова, заодно оставил ему пятнадцать надёжных людей под командованием Янки. Пырх прибыл в один день с Ник Ником и привёз долгожданное подкрепление. Далее, он поручил инструкции и занял с ребятами гауптвахту. Там теперь было целых три кольца охраны — собственно караул, группа жандармов и моё СБ. С учётом наличия у моих ребят двух пулемётов и сотни гранат нового образца, которые ещё не поступили на вооружение русской армии, то штурмовать губу придётся силами полка при помощи артиллерии. Даже самоуверенный ВК не пойдёт на такое безумство и попытается решить проблему с помощью интриг.

Пока одесское общество отмечало одновременный визит двух представителей правящей фамилии, наш отряд максимально быстро покинул город. Два дня заняла дорога до Бухареста, и ещё около полутора суток мы добирались до Рущука. Основной задачей на данный момент я поставил систематизацию нарушений и нестроевых потерь, вызванных махинаторами. Мне нужна информация от всех корпусов, поэтому мы начали со ставки наследника, который сейчас веселился на балах и прочих маскарадах, устроенных в его честь одесситами.

Циммерман встретил меня суховато, вернее, наш отряд не пустили даже в расположение лагеря. При этом вечером к нам пожаловала парочка офицеров, передавшая список с полной информацией. Такого подарка я просто не ожидал. Видать, многих генералов достал беспредел интендантов, и они откликнулись на мои запросы, высланные ещё две недели назад. Напрямую сотрудничать с нашей группой Аполлон Эрнестович не решился, скорее всего, боялся неадекватной реакции наследника. Но помог он знатно.

Кстати, пока «бульдожка» отсутствовал и со своей многочисленной свитой не учил Циммермана воевать, тот всерьёз подготовился к штурму Рущука. В итоге, через четыре дня, после кровопролитного боя, твердыня пала. Это значит, что путь на черноморское побережье был полностью открыт, чем генерал не замедлил воспользоваться. Одновременно Нижнедунайский отряд, давно уже захвативший Северную Добруджу, тоже стремительно двинулся на юг.

Но все эти события проходили мимо меня. Наша группа усиленно перелопачивала склады, магазины, проверяла идущие обозы, опрашивала интендантов. В общем, шороха мы навели немало и носились как угорелые по прифронтовой полосе. Пару раз натыкались на небольшие отряды неприятеля или какие-то местные банды, и пришлось немало пострелять. Через две недели подобных скачек мы добрались до основных складов и провели окончательную проверку. А затем начался дождь, погода резко ухудшилась, и нам пришлось заняться бумажной работой.

За это время я сблизился с Ганецким, который стал регулярно приглашать меня на чаепития.