Адюльтер. История одной измены

Поднимаю голову, замечая рядом совсем юного парня с привлекательной, открытой улыбкой, итальянской внешностью и светящимися весельем глазами. Не выключая оглушающей музыки, улыбаясь, мягко киваю в ответ. А он выписывает пальцем:

– How are you? – Как дела?

Не желая нарушать своё молчание, рисую рядом улыбающийся смайл.

Перечеркивает, написав:

– It's not true. – Неправда.

Фыркаю с улыбкой. А остальные поверили…

– I wouldn't say that… – Мне не следует говорить, что…

– You are beautiful. – Вы прекрасны.

– But you lie to me. – Но Вы лжете мне.

– Please smile… fair. – Пожалуйста, улыбнитесь… честно.

Вытаскиваю наушники, смотря в заряжающие позитивом глаза, и, улыбаясь, мягко произношу очередную ложь, не желая обидеть, мечтая лишь побыть в одиночестве ещё несколько минут.

– Leider spreche ich Englisch nicht. (нем.) – К сожалению, я не говорю по—английски.

– Really? – Действительно? – слышу позади знакомый голос.

Песок заглушает приближающиеся шаги. Смотрит на парня, прожигая насквозь.

– Have you got any problem? – Какие-то проблемы?

Усмехаюсь. В данный момент только одна. Взгляд, который хочется с себя скинуть. Продолжаю смотреть на заплыв, отчасти жалея сидящего рядом позитивного парня. Но ведь сам виноват, не в то время, не к той подсел…

– We are just talking. – Мы просто разговариваем.

Хотелось влезть с оправдательной фразой, что я лишь молчу рядом… Но какая разница? Здесь не действует презумпция невиновности. Застукана с поличным… не иначе. Готовься ответить по всей строгости.

А на песке так и виднеются аккуратно выведенные последние фразы. Чем не повод для ревности? Чертыхаюсь, уже не вникая в суть разговора. Вырывая лишь обрывки заключительных фраз.

– This is my wife. – Это моя жена.

– You are a lucky man. – Вы счастливый человек.

– May be… – Быть может.

There are doubts…? – Сомневаетесь..?

– Then you’re crazy. – Тогда Вы ненормальный.

Поднимается и уходит прочь. Отличная характеристика мужу, хотя я и сама не лучше. Идеальная пара. Подходит ближе, садясь напротив, коленями на мокрый песок, в дорогом костюме… инстинктивно морщусь. Нет, не от столь притягательного жеста – стоящего на коленях предо мной мужа, хотя такого ранее не припомню… просто… жалко костюм. Зарывается руками в волосы и притягивая ближе к себе, с неуверенной улыбкой тихо произнося:

– Прости меня. Я во многом не прав.

Усмехаюсь, пытаясь разглядеть в глазах признак игры… но не нахожу.

– Кто ты? Мой муж никогда не извиняется за свои поступки. Ни перед кем. Тем более предо мной.

Отводит взгляд, кутаясь в моих волосах, утыкаясь в шею, будто ища защиты.

– Да куда ж тут денешься. – А разум вторит: растоптать каблучками всё вышесказанное, собрать неприглядные остатки и выкинуть прочь из памяти.

Плохое забывается быстрее. Ведь оно изначально обесценено, лишено всякого смысла. Это лишь ненужный балласт, тянущий на дно.