Адюльтер. История одной измены

Невольно прижимаюсь к нему, внутренне желая оттолкнуть. Разум отчаянно спорит с сердцем, проигрывая в неравной борьбе. Ненавижу его за доставленные страдания. И желаю быть рядом каждой клеточкой своего тела. Плевать на последствия и новый штамп в паспорте, который уже не удалить. На мой переезд и "новую" жизнь. Всё, что угодно, к его ногам. Пусть растопчет! За один короткий момент воссоединения, дающий глубокий глоток воздуха и кратковременное желание жить…

– Я люблю тебя сейчас больше, чем когда-то… – шепчет, обрамляя лицо руками. Оставляя горячие, влажные следы в районе виска. На пульсирующей артерии, ускоряющей ритм. Прикрываю глаза, уже не желая заканчивать этот момент.

– Любовь не доказывают разводом, – шепчу, ощущая его губы вблизи своих. Опаляя их дыханием, смешиваемым воедино.

– А разве не именно это ты и делаешь сейчас? – уточняет иронично, слегка наклоняя меня назад и по-хозяйски размыкая языком губы. Подчиняюсь без тени сомнения, путаясь пальцами в его волосах. Отдаваясь терзающей душу ласке. Желая его. Чёрт! Как же желая! Готовая начать раздевать прямо здесь, в двух метрах от кабинета, в переполненном людьми коридоре здания суда. Не замечая никого! Не желая отрываться! Продлить этот момент в вечность…

Открываю глаза, глупо улыбаясь, встречая недоверчивый взгляд стоящей рядом Кристины. Явно не понимающей всей ситуации, выдающей язвительно:

– Театр абсурда, ей Богу! Может, поедем в загс? Напишем новое заявление, добавив для коллекции ещё один штамп? А что? Заведёте традицию: раз в десять лет нещадно трепать другу нервы и разводиться! У всех же должны быть маленькие слабости!

– Ты на чьей стороне? – бросает ей сухо.

– На стороне вашего ребенка! Связалась на свою голову с двумя сумасшедшими! Да вы стоите друг друга! Один другого хлеще в самоистязании, а тянет друг к другу вблизи как магнитом!

– Прекрати, – давит взглядом, улыбаясь ехидно. Так, что невольно испытываешь страх, оказавшись под холодным лезвием глаз. – Я уезжаю месяца на два в Питер. Дела.

– Один? – уточняю, осекаясь после того, как он невольно выдает гримасу. Поджимаю губы. – Прости, я по привычке. Не поняла ещё, как себя вести.

– Делай всё, что хочешь, – протягивает грустно. – Поцелуй дочь. Когда буду приезжать, на это время её заберу. И не глупи, возвращайся на работу и в дом. По закону они теперь твои. Наслаждайся новым положением и свободой.

Уходит, бросив поджавшей губы Кристине:

– Не обижайся. Я не со зла. Присмотри за девчонками до отлета.

Удаляющиеся шаги и возрастающее чувство безысходности. Влажные губы ещё хранят его вкус. Недопонимание, разливающееся по венам, и не проходящее ощущение, что он всё ещё мой… Несмотря на выжигающий дыру в паспорте яркий штамп, уверяющий в обратном.