Адептка в мужской Академии

Заставил его разрастись, чтобы осветить картину полностью, не оставляя и дюйма тени. А затем приблизился, насколько это позволяла обстановка и мебель в кабинете.

На миг показалось, что оба портрета посмотрели на него в ответ. Негодующе, словно он пытался совершить нечто ужасное, неприличной. Как смотрят на детей, которые делают то, что им запретили родители.

Дорнан усмехнулся и приподнялся на носки. Ему, с его-то ростом, все же было неудобно смотреть вот так, снизу-вверх. Но почти сразу он застыл на месте, так как увидел то, на что прежде не обращал внимания. Никогда в своей жизни.

Несколько долгих, как сама вечность, секунд, он стоял и смотрел на портреты. Затем щелчком пальцев погасил свет и на миг ему показалось, что комнату окутала тьма. Непроглядная и душная.

Он обернулся, словно ощутив чужой незримый взор, но почти сразу развернулся на каблуках туфель и направился в соседнюю комнату, где в тепле и свете его ждал дядя и чай. Только вот думать о чем-то другом, он уже не мог. В висках стучало. Он пытался сложить картину с появившимися недостающими частями. И все же, чего-то не хватало. Хотя почти вся картина теперь была видна, словно на ладони.

— Дорнан? — профессор Лэнгфорд вскинул голову и посмотрел на вернувшегося племянника. — Увидел то, что хотел?

— Да, — кивнул некромант. Он заставил себя опуститься в кресло и притянул ближе чашку с дымящимся паром. — И даже больше, чем рассчитывал.

— Это, надеюсь, связано с тем поручением, которое ты получил от Его Величества? — мягко улыбнулся мужчина, но Дорнан не ответил. Коротко кивнул и поднял взгляд. Мысли в его голове пришли в действие. Складывались в фигуры, фразы, создавали образы и варианты. Он думал, и казалось, в голове кипела немыслимая работа. И все же, обрадованный находкой, которая всегда была перед глазами, на самом виду, его не оставляла мысль о том, что он что-то упускает. Что-то важное.

— Чай остынет, — напомнил мягко Лэнгфорд. — И ты, кстати, хотел еще о чем-то поговорить.

— Да. — Кивнул, приходя в себя, Дорнан. — Дядя, расскажи мне, пожалуйста, все, что ты знаешь об основателях Академии.

Брови ректора приподнялись в удивлении.

— С чего такой интерес?

— Полагаю, это имеет отношение к моему заданию, — Блеквуд пригубил чай. Букет поистине был богатый, а вкус насыщенным.

— Боюсь, что я мало что могу рассказать о них, — Лэнгфорд протянул руку и взял одну из маленьких воздушных булочек. Положил к себе на тарелку и снова посмотрел на племянника. — В основном история рассказывает о лорде Атмайере. Его супруга, кажется, умерла в относительно молодом возрасте.

— Вот как? — почти не удивился Блеквуд.

— Да. Вскоре, после того, как Академия была открыта и приняла первых учеников, леди Изабелла слегла с непонятной болезнью.