Адептка в мужской Академии

Не он ли сам не так давно ими пользовался? А нет. Видимо, зверю показалось мало. Только что, демоны всех побери, он уловил в воздухе? Откуда в Академии появилась женщина, да еще и с таким вкусным запахом?

Едва сдерживая шаг, он вышел в холл, где несколько магов проходили мимо. Итан следовал за тонким ароматом, осознавая, что чувствует его только он один. Но это определенно был запах женщины.

И именно этот запах привел его к двери туалетной комнаты, из которой как раз вышел молодой адепт, руки которого пахли мылом и свежестью. Он вспомнил слова Дона и то, что парень пытался ему объяснить. Тогда, в тот момент, когда Хейл уловил запах, рядом с ним был кто-то. Он не разглядел, так как мельком взглянул тогда в сторону, пока отражал нападение учеников на тренировке. А теперь вспомнил невысокий рост парнишки и темную шапку волос.

«Как у Оливера!» — подумалось ему.

И почему он не узнал у Канингема, кто был рядом с ним? Возможно…

Нет. Невозможно. В Академии учатся только мужчины. А он сейчас пытается придумать что-то, оправдывающее его срыв."

"Но ведь запах был и есть? Он кружит в воздухе, такой тонкий, такой вкусный, такой манящий. Уж не сбилось ли его обоняние? Будь Итан чистокровным оборотнем, он бы и не подумал сомневаться. Но, с другой стороны, прежде нюх его звериной ипостаси никогда не подводил. И все же, подойдя к адепту, остановив его почти у самой двери в туалетную комнату, он зачем-то спросил, указав рукой приблизительный рост того темноволосого адепта.

— Не видели адепта вот такого роста с темными волосами? — и при этом ощутил себя последним дураком. Но ученик взглянул на него, запоздало поклонился, признав преподавателя, и только потом, почти не думая, ответил:

— Да. Вроде там был такой, господин профессор!

Сердце отчего-то ударилось в груди. В спину толкнула невидимая рука, побуждая войти в чертову туалетную комнату и наконец понять, что же произошло. Разобраться до конца, успокоить зверя.

Кивнув адепту, он толкнул дверь и оказался в комнате, пахнувшей для человека мылом и чистящими средствами, а для зверя крайне неприятно, потому что он улавливал намного больше и тоньще, особенно теперь, когда все чувства обострились до крайности.

Запах был здесь. Едва различимый, подавленный другими, почти растворившийся в них. Но он его уловил и завертелся на месте, пытаясь найти источник этого аромата. Но комната была пуста.

— Эй! — проговорил Итан. — Если ты здесь, выходи, я не причиню вреда, — сказал и сам ощутил себя почти идиотом. Потому что уже понимал — в туалете никого нет. Остались только запахи, и он сам. Но не доверяя уже обонянию, оборотень опустился на корточки и проверил наличие ног в кабинках. И снова убедился в своей правоте.