Адаптация к взрослой жизни

Мамка с работы выйдет, она у меня поварихой в столовке работала, сейчас уже заведующая, а столовая как раз рядом со сквером, напротив конторы. Ну, так вот, выйдет с обеда, увидит и давай орать: «Ну-ка бегом домой управляться, там уже свиньи визжат не поены!»

‒ А отец у тебя кто? – поинтересовался я.

‒ Отец завгар, раньше трактористом был, потом камазистом, теперь вот до завгара дорос. Даже на заочке отучился, типа инженер. Не знаю, как он в чертежах, но чинить умеет все вообще, к нему даже из соседних агрофирм приезжали за советом, как немецкий комбайн починить, так он сумел. Это он настоял, чтоб я сюда поступила, на технолога. Мать хотела на бухгалтера или экономиста, а отец говорит, нет. Мол, тот, кто с техникой связан, – нигде не пропадет. Он все сына хотел, а родились мы со старшей сестрой.

‒ А старшая сестра на кого отучилась? – продолжил я ненавязчивый допрос.

‒ На домохозяйку, – усмехнулась Света. – За агронома выскочила сразу после школы, теперь вот трое детей и не работает нигде, только по хозяйству. Но и хозяйства столько, что фиг присядешь.

‒ А ты на кого хотела учиться? – спросил я и, нагнувшись, подал ей особенно красивый лист клена.

‒ Даже не знаю. Не на технолога точно, ‒ пожала плечами Света. – Мечтала певицей стать в детстве, как Пугачева или Маша Распутина. Даже во всяких смотрах самодеятельности участвовала. А теперь не знаю, даже совсем не знаю. А ты, Ярик, о чем мечтаешь? Ты хочешь свою ветклинику открыть?

‒ Может быть, ‒ вздохнул я. – Это логично, но чтобы я прямо об этом мечтал, сказать не могу. В последних классах я мечтал стать великим поэтом, писал стихи, пытался с ними со сцены выступать, совал и рассылал всем, кому можно и кому нельзя. Но ничего не выходило, только пара грамот на конкурсах, и всё. Вот я как-то и перегорел даже.

‒ Ну и зря, ‒ серьезно заметила Света. – Жаль, я в певицы не пошла. А так бы ты мог мне песни писать, ну, в смысле, стихи, а я бы их пела! Ты можешь про меня стих написать, а?

‒ Я попробую, только позже. Пойдем в кафе, я хочу тебя мороженым угостить.

‒ Ничего, я подожду, только напиши хорошее! – согласилась Света. – А с мороженым ‒ идея супер, это я очень люблю."

"Мы вышли из парка и, пройдя от площади Революции по улице Ленина, зашли в кафе «Шоколад». Здесь я царским жестом заказал две порции шоколадного мороженого и молочные коктейли (с грустью осознав, что денег останется едва только на обратную дорогу). Мы сидели около часа, и теперь говорил в основном я. Света задавала массу вопросов: о семье, о моем прошлом, о жизни в городе. Ее интересовало буквально все, и я еле успевал отвечать.