Адаптация

Неужели похоже на то, что я согласилась выйти за него замуж только в качестве благодарности?

Согласилась? Разве соглашаются не на предложение?

Вот это самомнение!

Я так крепко сжала половину готовой лошади, что Мизо укоризненно покачала головой, намекая, что стыдно мучить животных.

- Он сделал тебе предложение? – повторила непробиваемая вольнодумка.

- Да нет же! Он не смог. Сказал, что это… что я неправильно поняла. И ему очень льстит моё внимание, что я прелестна и наверняка достойна быть любимой и счастливой, но он вовсе не хочет, чтобы я ошибалась на его счет.

Она эффектно подалась к нам, как выступающая на сцене актриса тянется к любимым зрителям.

- Но разве я могу ошибаться? Он так безумно меня любит, что даже готов отпустить! Это невероятно! Уверена, вы ничего такого в своей жизни не испытывали!

Я покосилась на неё и не нашлась с ответом.

Есть у меня одна такая подруга, которая настолько бывает уверена в своей способности покорять молодых людей, что временами я теряюсь. Например, она может бесконечно повторять, насколько очередной знакомый от неё без ума. А на моё резонное уточнение, действительно ли она имеет в виду, то, что говорит? Ведь не далее как вчера в клубе он послал её прямым текстом в грубой форме?! О каком «без ума» речь? Но она уверенно отвечает, что так грубо он ведёт себя только потому, что втайне безумно в неё влюблён. И вот на этом моменте я, честно говоря, теряюсь и ничего не могу возразить. Даже возникает подозрение, что возможно она права, ведь нельзя же так железобетонно утверждать какую-нибудь ересь? Видимо, это просто я ничего в отношениях не понимаю?

Тут, после слов гудронки у меня тоже произошло некое замыкание. Она поясняет, что Парфен пытался объяснить, что все случайно, но не потому, что она его не интересует, а наоборот, потому что он любит её так сильно, что не может обидеть даже случайно.

Нет, так просто в этой каше не разобраться.

- Я уединюсь, - сияя, продолжила гудронка. Так они, члены Союза говорили про посещение санузла. – Пройду полную программу релаксации и косметических процедур.

- Сомневаюсь, что в кисейском корабле установлены такие излишества, - заявила Мизо. – Станут они тратить столько средств на гостевую комнату. Забыла что ли, что этот клан не самый обеспеченный? Так что твой потенциальный женишок, кстати, бедноват, хотя и элита.

- Правда? – Хиромэ замерла, воздушная и трепещущая, а после заговорила ещё более возвышенно. – Неважно. Я выйду за него, даже будь он самым бедным во всём Союзе. Я готова жить с ним хоть на улице, хоть в палатке или даже под открытым небом, в жару, мороз и под проливным дождем, и… и…

Тут она замялась, видимо, не смогла сходу придумать достаточно ужасных лишений, которые готова претерпевать во имя любви к Парфену.