Адаптация к взрослой жизни

Но в отличие от гуманитарного врача, ветеринарный врач постоянно отвечает на главный вопрос: жить пациенту или умереть. В человеческой медицине все просто ‒ врачи борются до конца. А вот в случае ветеринарном такая самоотверженная борьба может обернуться трагедией. Поэтому для всех ветеринаров очень важным умением является особое ветеринарное чутье! Я понимаю, что в устах ученого это звучит дико, но это именно так. Вам нужно развивать чутье, оно поможет и диагноз поставить, и выбрать правильное лечение, и вовремя это лечение прекратить. По-своему это сродни колдовству, но первыми ветврачами в далеком прошлом и были колдуны. Вот, например, в древнем Египте...

Я почувствовал, что удивлен услышанным, даже чересчур. Вчера Витек рассказывал про чудаковатого старика и карточные домики, но я не понял, насколько все серьезно. Казалось, лектор сейчас начнет учить нас двигать взглядом предметы или зажигать спички усилием воли. И я почти угадал: минут через десять он действительно перешел к обучению практическим навыкам:

‒ Для ветеринара, как и для фокусника, очень важны сила и ловкость рук. Тренируйте их вместе с чутьем прямо с первого курса. Очень полезно строить карточные домики, вращать между пальцами четки, тяжелые болты или хотя бы монетки, ‒ тут он подбросил монетку, ловко поймал двумя пальцами и прокатил по одной, а затем по другой руке.

Аудитория восхищенно зааплодировала, а я снова засомневался в правильности выбора вуза. Я думал, тут придется заниматься наукой, а мне предлагают учиться фокусам и развивать экстрасенсорные способности. Моих однокурсников, впрочем, это совершенно не смущало, все слушали «Чапая» (как еще можно прозвать Василия Ивановича?) с интересом и восхищением. Действительно, по сравнению с монотонной диктовкой по остальным предметам, «История ветеринарии и введение в специальность» выглядели просто доброй сказкой.

Остальные лекции в этот день ничем особенным не запомнились, отличием от вчерашнего дня стало только общение с соседом по парте. Во время всех перерывов он тараторил без умолку: про то, что местный ‒ из соседней деревни, про свою школу, друзей и родственников, про разные события своей жизни… Мне только изредка удавалось вставлять отдельные фразы, но это уже был существенный прогресс по сравнению с первым днем, когда я все четыре пары просидел молча.

Вернувшись после занятий, я застал Витьку на кухне, за приготовлением супа. Девчонок не было. На двери в комнату висел, на свежеприкрученных «ушках», маленький замок.

‒ Жрать будешь? – вежливо поинтересовался Витька. – Суп «звездочки» от шеф-повара, очень рекомендую!

‒ Давай! – с готовностью отозвался я. – В обед только булочку с кефиром захавал, и всё. А где девчонки?

‒ Хрен их знает, не видел еще.