Ад u0026 Рай

Ресторан (как и остальные в Айнкаве – пригороде города Эрбиля, где с давних пор селились поклонники религии Кудесника) специализировался на шашлыках. На каждом столе была установлена мини-жаровня с раскалёнными углями, и любой посетитель мог готовить сырое мясо по своему вкусу, разной степени прожарки. Сонные усатые официанты целой толпой тактично стояли в стороне, ожидали, пока Раэль сделает выбор. Та отложила меню.

– Баранину я не буду, – отрезала ангел. – И вы тоже – не смейте её есть в моем присутствии. Это адское жаркое, ибо для него режут агнца. А у меня хреновые ассоциации с закланием агнцев[58]. Вы всё усвоили, слуги Ада?

– Безусловно, – вздохнул Калашников, предвкушавший сочность бараньей отбивной. – В таком случае удовлетворимся шашлыком из цыплёнка.

Против заклания курицы Раэль ничего не имела, поэтому Алексей с видимым облегчением заказал официанту три порции «шиш-таука» на углях. Вскоре на жаровне появилась курятина, издающая восхитительный запах.

Малинин несколько встревожился.

– А как насчёт водки? – робко вопросил казак. – Барышня, что скажешь? Специально ж достойный ресторан в Эрбиле выбирали… в других-то басурмане засели, одна пепси, да фанта богопротивная… нешто зазря?

Айнкава вообще страшно понравилась Малинину. Он чуть не посчитал это место Раем. Магазины с алкоголем красовались на каждом шагу, и на вывесках рядом с бутылкой виски был обязательно нарисован крест. Выпить, однако, хотелось не только из тех соображений, что и всегда. Левая рука висела на перевязи – пуля прошла навылет, не задев кость, а водка хорошо заглушает боль. Залечить рану Раэль не могла – падшие ангелы теряли способность исцелять… ибо предназначены для убийства, а не исцеления.

– Водку я, разумеется, пью, – сухо сообщила Раэль, посеяв бурю экстаза в сердце Малинина. – Но только хорошую. Надеюсь, «Абсолют» тут имеется?"

"Казак, вскочив из-за стола, замахал официанту. Запотевшая литровая бутыль, уютно стукнувшись донышком, встала рядом с шашлыком. Малинин с чувственным профессионализмом разлил водку по стаканам.

– Ну, со знакомством. – Он скосил глаза на грудь Раэль и облизнул губы. – Как говорили у нас в станице – на доброе вам здоровьичко, барышня!

Раэль, как благочестивый ангел, наотрез отказалась чокаться со слугами Шефа. Но водку ахнула залпом, одним глотком. Малинин долил ей ещё.

…Через час Калашников (пребывавший ни в одном глазу) с тревогой наблюдал за трансформацией казака и ангела. Малинин и Раэль сидели, едва ли не обнявшись, и обменивались жалобами на жизнь. На столе сиротливо жались две бутылки «Абсолюта» – одна опустевшая, другая была полна лишь наполовину. Ангел расстегнула плащ – на пол сыпались серые, с блестящим отливом, перья. Она предпочитала пить, не закусывая.