Ад & Рай

Голос раскусил лист свежей мяты, задумчиво прожевал.

– У продуманного плана больше шансов сорваться, нежели у спонтанного, – резюмировал он. – Такое часто случается. Изобретая рецепт переустройства мира, никто не задумывается – а что дальше? Золотой телец не принёс счастья ни Аарону, ни Иеровоаму… это не благо, а проклятие. Люди обожают деньги, от этого никуда не денешься. Но до сердца каждого можно достучаться – в Интернете собирают средства на лечение больных детей, в маленьких городках пускают на ночлег путников-незнакомцев, а сильные иногда защищают слабых от побоев. Реже, чем мне бы хотелось, – но это есть. Золото залило бы всем мозги, окончательно уничтожив город. Люди лишь тогда остаются людьми, когда они способны хоть кого-то любить.

Шеф оставил чашку и взялся за ложечку.

– Меня сейчас стошнит от твоей приторной речи, – брезгливо сообщил он. – Хочется срочно съесть салат, но в этой забегаловке его будут нести полчаса. Ты говоришь о любви? Но с твоей стороны я не замечаю её проявлений. Мазахаэлю и «Братству Розы» отказано в доступе в Рай. Представляю себе его рожу, когда ему сказали: «Мужик, ты обломался». Они так старались ради тебя, наизнанку выворачивались, дабы оказаться на песочке под пальмами, а ты захлопнул перед ними дверь. Ха-ха-ха! Просто отлично!

– Я уже сталкивался с подобными вещами. – Голос поправил воротник рубашки. – Кто-то придёт, вырежет пару городов, а потом кланяется мне в ноги – вот, смотри, всё ради тебя! И никто не задался мыслью – а я вообще просил это делать? Ты понятия не имеешь, чего у меня требуют, когда молятся! Надо ЖЖ завести, выложить набор самых прикольных молитв. Те, кто убивал от моего имени, лицемерил, врал, – они тоже надеялись попасть в Рай. Вспомни хотя бы митрополитов. Они не имели ни малейшего сомнения в своих правах. Другие грешники – исчадия Ада, а вот они-то заслужили, ибо каждый день молились, соблюдали пост и исправно жертвовали на храмы. Мазахаэль на Земле стал чиновником до мозга костей. Он надеялся, мол, отречётся от падших ангелов, так я ему красную дорожку в Рай выстелю. Это вовсе не раскаяние. Но есть и плюс. Я видел, как они хотят вернуться, как старались ради этого: вот только средства выбрали не очень подходящие. Проклятие снято. Мазахаэль и падшие ангелы больше не прикованы цепями к Москве… однако путь в Рай им пока что заказан.

Шеф нарочито мелкими, аккуратными глоточками допил кофе.

– Основная его ошибка – это желание угодить тебе, – улыбнулся Шеф. – Вот я бы за такую услугу с удовольствием в Ад забрал. Жаль, что Малинин и Калашников ко мне не вернулись. Они снова зарекомендовали себя как отличные профессионалы. Если бы не косяк, допущенный архангелом…

– Ты, красавец, зубы-то не заговаривай, – мило улыбнулся Голос.