Ад & Рай

 – Если нам удалось спастись из подземелья в Ерушалаиме, тут тоже справимся. Есть проблема, и мы будем её решать.

Со стороны входа в Смольный послышался топот сапог. Два изрядно запыхавшихся пожилых матроса (судя по всему, они заблудились в коридорах) на всех парах бежали к ним, сдёргивая с плеч винтовки.

– А ну стоять, контра! Чево тут ошиваетесь? Кажи документ!

Алевтина легонько, ласково коснулась плеча ангела.

– Лёша, я тебя очень прошу… пожалуйста, никого не убей.

– Я постараюсь, мама, – обещал ангел. – У меня же нет лицензии.

Услышав лязг и крики, Троцкий приник к окну. Его челюсть отвисла – на тротуаре тёмными пятнами скорчились тела матросов.

…Странная парочка испарилась, не оставив никаких следов.

Глава IX. Крылья в стирке

…– Ишшо одну? Пожалуйста, не стесняйся – ты же в гостях.

– Давай. Какая мне теперь разница? Я больше не ангел.

Малинин достал из-под стола вторую бутылку «Абсолюта», разлил по стаканам. Как и в Эрбиле, Раэль выпила половину залпом – не закусив.

– Помянем мои крылья. – Она выдохнула горький водочный воздух.

– Аминь, – хором отозвались Малинин и Калашников.

– Скажи-ка, а это вообще старая традиция – ампутировать ангелу крылья? – спросил он, жуя селёдку. – По крайней мере, раньше я о таком не слышал.

– Лишение крыльев – действительно древнее наказание. – Раэль смотрела в стакан, не поднимая глаз. – И применялось очень избирательно. Первая ступень падения ангела – изгнание из Рая: как ты мог заметить, проклятие меняет цвет перьев. Некоторые теряют крылья уже на этой стадии. Если же крылья уцелели, ангел волен стать одиночкой либо примкнуть к какому-либо союзу. Но если союз принимает решение выгнать ангела из своих рядов, то это вторая ступень… и вот она точно гарантирует усекновение крыльев.

Она повернулась к собутыльникам спиной.

На белой рубашке багровели два пятна, пропитанные свежей кровью.

– Рубцы остаются на всю жизнь, – не оборачиваясь, глухо сказала Раэль. – И никогда не заживают полностью. Стоит совершить новый грех – начинает сочиться кровь. Третья ступень – последняя степень падения. Падший ангел становится изгоем, скитается по Земле. Никто не может подать ему руки или даже поздороваться – тебя якобы не видят. Я дёшево отделалась. Ладно, зато теперь могу шутить: я ангел, просто отдала крылья в стирку.

Она допила остатки водки – одним глотком.

Калашников тактично промолчал, отдав должное закуске.

– У нас ходили слухи, что под Москвой – целая коммуникация подземелий Ада. – Раэль, не отрываясь, смотрела на пульсирующую стену. – Но я не думала, что она практически на виду. Неужели, когда роют очередное метро, строители ничего не находят? Или у вас тоже есть система невидимости?

– Насколько я понимаю, нет, – буркнул Калашников.