Ад

Не может она сегодня тратить на это время, его осталось так мало, так ничтожно мало… Она вспомнила, как Родислав сидел за столом, как ел, как резко отодвинул тарелку, как не хотел, чтобы Денис с Юлей жили в их московской квартире, вспомнила свою неприязнь к мужу в этот момент и вдруг подумала: «Я уйду, а он останется, такой сытый, такой довольный, такой богатый. Такой спесивый барин. Когда он узнает, чем я больна, он начнет сторониться меня, будет брезговать даже прикоснуться ко мне. Ему не понравится, что я слабею, что не могу ухаживать за ним так, как раньше, как он привык, и еще больше ему не понравится, что я сама буду нуждаться в уходе. Его все это будет раздражать — и моя немощь, и запах лекарств, и все прочее. Он будет злиться на меня за то, что я умираю. Все это никак не соответствует его представлениям о богатом, успешном и благополучном бизнесмене и его счастливой семье. Может быть, он окажется настолько слабым, что бросит меня, как только узнает, что я умираю. Может быть, мне уйти в хоспис, чтобы избавить Родика от страданий рядом с умирающей от рака женой… Господи, ну почему я все время думаю о нем, вместо того чтобы подумать о себе?! Это же я умираю, я, я! Я, а не он. Это обо мне надо сейчас думать, а не о нем. С ним-то все в порядке, он здоров и, бог даст, будет здоров еще много лет. Он не любит меня уже очень давно, и ему станет только легче, если я умру. Он сможет жениться на молодой женщине и наслаждаться любовью и богатством. А я уже ничего не смогу в этой жизни, которой осталось так мало. Я ненавижу его, его самодовольство, его самоуверенность, его барственность, его амбиции… Боже мой, откуда такие мысли? Как я могла даже про себя произнести эти слова? Неужели я действительно его ненавижу? Да нет же, нет, я его люблю, я всю жизнь его любила. Я столько сделала ради этой любви, столько перетерпела… И что? Зачем все это было? Чтобы вот так, за несколько месяцев сгореть в шестьдесят два года? Какой глупой и бессмысленной выглядит жизнь, когда понимаешь, что она заканчивается, какой короткой и неправильно прожитой, какой до слез жалкой и ущербной… Все время кажется, что впереди еще много времени, и можно все успеть, и все наверстать, и доделать все недоделанное, и испытать все неиспытанное, и так бездарно тратится время на всякую ерунду. А потом выясняется, что ты уже ничего не успеешь, не наверстаешь, не испытаешь и не доделаешь, потому что времени не осталось. У Родислава время есть. А у меня его уже нет. Но почему я? Почему?»

* * *Ворон захлебывался слезами и сморкался в крыло. Камень удрученно молчал. Да и что тут скажешь? Такого поворота он никак не ожидал.