Ад, или Александр Данилов (СИ)

— Она… — Тётушка от переизбытка эмоций начала заикаться. — Она на самом деле обокрала меня. Я не лгу!

— И что она у вас, тётя Зоя, украла? — устало спросил Олег, понимая, что взять в квартире тёти просто нечего.

— Не знаю, что украла, но по ящикам лазала. Я же не помню, что у меня где лежит. — Она подошла близко-близко к Олегу, заставила его наклониться к ней и, косясь в сторону Татьяны, громко прошептала: — Ты с этой тоже осторожно, не знаешь ведь, что у неё на уме, обворует, и поминай как звали, а у матери твоей было что взять.

Олег впал в ступор. Вот только этого им ещё не хватало. Путь в никуда — старческая деменция. В один момент стало жалко всех: тётушку, себя, Сашку. Лучше уже не будет, только хуже. Но и это придётся пережить. Когда станет невмоготу — наймут сиделку. А что делать…

Олег попытался успокоить родственницу, обещал договориться с врачами и после обследования отправить её подлечиться в санаторий. Это даст время для принятия решений. Потом он вызвал водителя и на машине Центра отправил тётушку восвояси.

Татьяна, наблюдавшая за всем этим, лишь мимикой показала своё отношение да руками развела. Рот приоткрыла, чтобы что-то сказать, но не успела. В приёмную вошла Соня.

Вид у неё был совсем не презентабельный. От былой красоты остались лишь воспоминания. Соня, совсем недавно радовавшая глаз аппетитными округлостями в нужных местах, теперь выглядела угловатой, худой и какой-то болезненно-бледной. Желтоватые пятна на правой половине лица придавали ей ещё более жалкий вид.

— Олег Александрович, вы наверное забыли мне деньги перевести? — Она глядела жалостливо, подобострастно.

— В кабинет войди, — распорядился Олег. — Не забыл, — сказал он, плотно закрыв дверь. Перехватив взгляд Сони в сторону Тани, представил женщин друг другу: — Знакомься, Соня, это моя жена — Татьяна Николаевна. А это та самая Соня, — обратился он к Татьяне, — которую мы с тобой разыскивали. — Таня кивнула, Соня же сразу потеряла к ней интерес и снова вопросительно и просяще уставилась на Олега. Он, не обращая на этот взгляд никакого внимания, решительно проговорил: — Соня, мы хотим, чтобы у Дашутки была нормальная, полная семья.

— Я поняла, — с нехорошей усмешкой сказала Соня. Интонация резко поменялась, из голоса пропали жалостливые нотки, а взгляд стал холодным и злым. — Дочку мою захотели, да? Стоить это вам будет дорого! — И снова заканючила: — Мне же жить как-то надо, а хозяин с квартиры выгнал. Лучше бы вы мне деньги давали, а не ему. К Крыське сунулась, так она меня выгнала, сука такая. И никого у меня не осталось, — плаксиво закончила она.

Соня давила на жалость — впрочем, как всегда. Олег подумал, что вот в этой жалости и есть причина того, что Саша никак не мог избавиться от неё.