Рай и ад Земли

Вооружились (благо теперь и у Бонзая Пятого имелся личный пистолет), надели пуленепробиваемые камзолы и подались к котловану, вырытому для будущей башни. Ужесточать свои одежды пока не стали, и те свисали на них вполне неприметным, хоть и не совсем привычным одеянием. Да и поверх всего друзья накинули довольно простые с виду плащи, в которых могли сойти за обитателей любой эпохи средневековья.

Динозавр немного опасался, что самый удобный и широкий створ над зеленым Перекрестком окажется вне досягаемости, но возведенный каркас лесов для центральной опорной колонны уже был готов. Поэтому оставалось только взобраться по лесам и встать в центре большой деревянной площадки. Вследствие чего и последовал удовлетворенный комментарий:

– Отлично! Теперь мы с этого места можем вообще уходить без пыли, шума и молний. А твои подданные и ухом не поведут.

Молодой монарх, прежде чем надеть повязку на глаза и запрыгнуть другу на спину, наоборот, выказал недовольство:

– Вот это и плохо. Ни единого охранника не вижу, а вдруг какой дурак вопрется в пещеру, к этому хохочущему туману?

– Что ты разволновался? Я уже распорядился: с завтрашнего утра здесь будет стоять усиленная охрана. Ко всему прочему, ворота в город закрыты, посты на стенах бдят, а все дураки из Вельги давно сбежали. Да и по моим сведениям, зеленый дым только людей с магической составляющей высасывает. Дураки ему без надобности.

– А-а! Так вот почему ты меня собрался взять на исследование Перекрестка! – сделал свой тон обиженным Бонзай.

– Да уж… От тебя ничего не скроешь… Поехали!

Молодой монарх после этого перемещения без всяких напоминаний спрыгнул на грунт, снял повязку и, щурясь от яркого солнечного света, принялся спешно осматриваться, как бывалый путешественник по иным мирам. И сразу не удержался от восклицания:

– Ух ты! Впечатляет!

Открывшаяся перед ними панорама действительно на долгое время могла любого наблюдателя приковать к месту. Они стояли на небольшом скальном уступе, окруженном с трех сторон густым лесом. В четвертую сторону убегала широко раскинувшаяся долина, две трети которой занимал величественный город. Стоящие на возвышении замки и крепости, соединенные сплошными шеренгами домов, создавали внушительные и почти неприступные районы. Все это великолепие построек дополнительно было окружено крепостной стеной, которая между башнями редко где опускалась на высоту ниже двадцати пяти метров. Только в пределах прямой видимости было пятеро ворот в стене и упирающиеся в них дороги разной важности.