Абсолютно несовместимы

Арчи в последний момент почувствовал за спиной какое-то движение и на развороте успел подставить руку:

– Чёрт, Аня!!!

– О… О, нет! Арчи!!! – Аня выронила скалку и, рыдая, кинулась к нему в объятия. – Арчи…

– Тише… Всё в порядке. Это я.

– А как же?.. Ой, – она увидела незнакомого парня в прихожей, который еле сдерживал смех.

– Привет. Я Вова.

– Он со мной. У нас много новостей.

* * *

Дима уже пятый раз пытался дозвониться до Саши. Гудки шли, но она не отвечала.

Её одногруппники вышли из здания факультета ещё десять минут назад.

– Чёрт бы всё подрал…

Он на удачу набрал номер Алисы.

– Дима?

– Привет. Саша тебе случайно не звонила сегодня?

– Нет… Я только еду домой со смены.

– Одна?! А Дэн?

– Едет следом за мной.

– Я ждал Сашу с занятий. Все ушли, а её так и не было… И трубку не берёт.

– Может, она в метро и не слышит звонок? Езжай к ней домой.

– Ладно, – Дима вздохнул, не желая думать о самом плохом. – Если она позвонит или окажется у тебя, сообщи мне.

– Конечно, – Алиса похолодела. Самое ужасное сейчас – неизвестность.

* * *

– Врачиху взяли?

– Нет. Морок нас опередил. Устраивать перестрелку у клиники мы не стали.

– Ладно. Обойдёмся рыжей. Всё равно они все прискачут. Мушкетёры хреновы.

Глава 18

Дима припарковался во дворе дома Саши. В окнах её квартиры света не было.

Лифт снова не работал, и Дима понёсся на десятый этаж по ступеням. В ушах гулко бился пульс, лёгкие сдавило гнетущее чувство. Он без особой надежды нажал на звонок. Ещё раз. Ещё.

– Саш, это я.

Тишина.

– Саша!

Он постучал кулаком по двери. Но внутри никого не было.

Дима упёрся лбом в прохладный шершавый металл двери и зажмурился, громко втягивая в себя воздух.

В бою всё было просто: вот ты, а вот противник. Нужно только принять верное решение и действовать. Всё, что от тебя требовалось, это сосредоточенность, меткость и слаженность действий внутри группы.

Он не помнил, когда в последний раз испытывал страх на поле боя. Но сейчас животный ужас окутывал его липкой ледяной паутиной, въедался в кожу, путал мысли, сжимал острыми когтями гортань.

Дима рухнул на верхнюю ступень, сжал лицо ладонями и резко дёрнулся от звонка телефона.

– Соколик, ничего не терял?

Он от бешенства так сильно сжал челюсти, что зубы скрипнули.

– С-сука.

– Не знаю, сколько у меня хватит терпения для твоей шлюшки. Два часа? Или час?

– Только притронься к ней! Я тебя из-под земли достану и голыми руками убью.

– Как думаешь, что милосерднее: пристрелить её сразу или пустить по кругу?

Дима перестал дышать, услышав на заднем фоне крик Саши.

– Что ты хочешь?

– Приезжай и узнаешь. У тебя два часа.

Алексей отключился, и Сокол еле сдержался, чтобы не швырнуть телефон об стену.