Штурмовик-3. На абордаж!

Пройдя еще несколько узлов, стали один за другим бросать якорь. Таким образом, вся флотилия встала в линию и перекрыла горловину выхода из гавани бортами в направлении стоянки. На флагмане взметнулся штандарт Эскобето. Я улыбнулся. Командор сообразил, какая выгода плывет в его руки, и решил поддержать меня. Вся группировка Инсильвады пришла к Рачьему.

После того, как я успокоил напрягшихся корсаров, зачем Эскобето здесь, решил посмотреть, как там Тира, не заскучала ли от тоски. Подергал дверь и не смог открыть. Постучал рукоятью кинжала.

— Леди Тира! Откройте дверь командору!"

"Что-то внутри грохнуло, заскрипело — и дверное полотно дрогнуло, освобождаясь от запорной балки. Я вошел внутрь, и только мгновенная реакция спасла меня от летящей в голову бутылки. Наклонившись, я пропустил над собой тяжелый предмет из зеленого стекла. Ударившись о притолоку, он рассыпался на мелкие осколки.

— Хорошо, хоть пустая, — выдохнул я облегченно, выпрямляясь. — Это ты все вино выпила?

Хрясь! Хрясь! Девичья ладошка с невероятной силой прошлась по моим щекам. Разгневанная фурия в мужском камзоле, отработав удары, уперла левую руку в бок, сама того не замечая, соблазнительно изогнувшись.

— Мужлан! — зашипела она. — Значит, я для тебя только приз? Решил на мне заработать? Отлично, я устрою тебе встречу со стариком Толессо! Гад!

— Да успокойся ты, женщина! — я перехватил тонкое запястье, и осторожно, чтобы не сломать его, отвел руку в сторону. — Иногда нужно головой думать, а не только ушами слушать! Нельзя, чтобы пираты подозревали меня в убийстве Плясуна из-за девки! Не забывай, где мы живем! Сейчас ты перешла в мои руки в качестве приза, и этот факт прими как данность. Для пиратов любовница шкипера всегда останется объектом любовных утех. Если бы я не заявил на тебя права, как на заложницу, уже сегодня эти черти разложили бы тебя на столе. Успокоилась?

— За «девку» ты мне ответишь, капитан Фарли, — с тихим бешенством ответила Тира. — Отомщу.

— Как? — я улыбнулся и резко обхватил за талию онемевшую от такой наглости девушку. Притянул к себе, сжав так крепко, что ей не хватило сил выдернуть руки из «замка». Впился в ее губы.

Тира что-то замычала, дернулась, но сообразила быстро, что лучше отдать свой поцелуй, чем чувствовать, как под мужскими руками трещат ребра.

— Дворянин так не поступает, — получив свободу, отдышалась Тира, машинально поправляя воротничок своей рубашки. — Ты чудовище, Игнат. Я могла бы разочароваться, если бы и в самом деле думал так, как и говорил с этими ублюдками. Больше не бросайся такими ужасными словами, иначе разочаруюсь в тебе.

— Ты верь мне, и не бойся, — пообещал я. — Клянусь, что верну тебя в семью в целости и сохранности. Но и про награду не забудь.