Штурмовик-3. На абордаж!

— У себя в каюте, — сглотнул слюну незадачливый стражник. — Не убивай, Игнат!

Узнал, стервец! Я кивнул.

— Засуньте им кляпы в рот, чтобы не орали, — приказал своим бойцам. — И найдите еще двоих. Они где-то внизу. Дрыхнут после пьянки. Будьте осторожны, не подставляйтесь по глупости. Один пусть охраняет этих болванов.

У Плясуна и его помощника Паскаля были свои каюты, расположенные рядышком друг с другом под капитанским мостиком. Правая дверь оказалась запертой, а вот вторая спокойно поддалась моему напору. Скользнув в полутемное помещение, я поморщился. Здесь тоже в воздухе разливались пары жутких выхлопов пойла. Интересно, из чего аксумцы делают свой ром? На птичьем дерьме настаивают, что ли?

Паскаль, крупный черноволосый сорокалетний мужчина с рублеными чертами лица как у уроженца Ратисбона, спал одетым на неразобранной постели и громко похрапывал. Нижняя рубашка была расстегнута, обнажая густо заросшую рыжей шерстью грудь. Крупные руки нервно подергивались на животе.

Я прикрыл дверь и тихонько подошел к Паскалю. Огляделся, подобрал лежащий на полу пояс с кортиком и ножом, аккуратно положил его на стол. Заметил торчащую из-под подушки рукоять пистолета. Осторожно потянул на себя, но помощник не среагировал, правда, на мгновение храп прекратился. Мне удалось завладеть оружием, и только потом я потряс Паскаля за плечо.

Пират ошалело вскочил, и его рука мгновенно нырнула под подушку, но кончик клинка, ткнувшийся ему в шею, охладил желание что-либо делать.

Я приложил палец к губам.

— Ты? — хрипло каркнул помощник. — Что ты здесь делаешь?

— Пришел принимать командование кораблем, — честно сказал я.

— Не шути так, Игнат, — прокашлялся Паскаль. — Да убери ты свою железку. Еще зарежешь случайно. Лучше дай воды. Кувшин на столе стоит.

— Вода подождет, — не согласился я. — Выслушай меня без истерик. «Тира» переходит под мое руководство. Сегодня ночью Плясун преставился и ушел на небеса. Сейчас он беседует с богом. Или с Кракеном. Ну, кому он был мил при жизни.

Паскаль вытаращил на меня глаза. Потом ожесточенно почесал волосатую грудь.

— Командор умер? — переспросил он, как будто поглупел за мгновение.

— Умер. Может, к счастью. Может — к сожалению. Не знаю, как ты на это смотришь.

— Но почему? — пират никак не мог сопоставить два факта: смерть Плясуна и мое появление в его каюте."

"— Потому что командора сгубили неправильно расставленные приоритеты, а также желание убить меня с помощью своих наемных псов. Ты знаешь, что Плясун послал ублюдков отрезать мою голову? Я такого не прощаю.

— Подожди, что-то я вообще ничего не понимаю, — Паскаль попробовал встать, но мой кортик недвусмысленно напомнил ему, что лучше всего остаться на месте.