Абонемент на счастье

Не мог позволить себе отпустить ее просто так, придержав за локоть, не дал убрать лицо. Понимал, что она сейчас уйдет. Лизнул краешек ее губ, а возмущенный вдох подавил быстрым поцелуем. Чуть в голос не застонал, каждый нерв посылал импульс в мозг о наслаждении. А ласка была совсем невинной. Думать о большем не стоило. Краем глаза приходилось следить за мамой, не успела она обернуться, как девушку я отпустил. Резко отпрянув, она бросила в меня возмущенный взгляд. Сжав маленький кулачок, погрозила, но так, чтобы мама этого не заметила. Этот легкий мазок губ, поднял такую волну возбуждения, что пришлось поправлять одеяло.

— Ну, что идем?

— Идемте, — обернулась она к маме, беря со стула сумку.

Родительница первой вышла из палаты. Ксюша пыталась бросить напоследок в мою сторону возмущенный взгляд, но лукавые, улыбающиеся глаза выдали ее с головой. Поэтому решив ее еще немного поддразнить, подмигнул и послал ей воздушный поцелуй одними губами.

Девушка вышла и прикрыла за собой дверь. А в палате сразу стало прохладно и тускло. Безумно хотелось вернуть ее обратно. Она так много стала значить для меня. Одним своим присутствием дарила радость и счастье, привносила в мою унылую жизнь яркие краски. И это никак не связано с полученной травмой. Я и до неудачного боя жил, словно во мраке. Встречи с друзьями, вечеринки, женщины. Единственное, что вызывало гордость — спортивные клубы. Но и их я открывал с одной целью — позволить себе вести разгульный образ жизни, ни в чём себе не отказывать: отдыхать, гулять, общаться с понравившимися женщинами.

Сейчас об этом и вспоминать не хочется, словно это было совсем в другой жизни!

Глава 18

Ксения

— Кирилла на днях выписывают, а я все не могу успокоиться. Врагу не пожелаю такое пережить.

Мы спускались по лестницам, мне пришлось немного отстать, чтобы пропустить пожилого мужчину и женщину, помогавшую ему подниматься. Слова, что произнесла Елизавета Игоревна, я слышала, ее беспокойство мне понятно, пусть я еще и не родитель, но такое представить несложно.

Догнав ее на следующем пролете, приготовилась слушать дальше.

— Даже не знаю, что делать. Оставлять его одного в квартире? Как? Он еще еле-еле стоит на ногах. Стаса жалко, он и так разрывается, оставить клубы без присмотра? К нам переезжать этот упрямец категорически отказывается. А у меня в ателье за это время настоящий аврал, клиенты почти ежедневно оставляют жалобы на сотрудниц. За ними если не приглядишь, они же расслабляются, работать качественно не хотят.

Мы уже вышли на улицу, женщине просто необходимо было выговориться, я это понимала, поэтому и не перебивала.

— Стас пока, конечно, переберется к Кириллу, но он до ночи занят — учеба, бизнес. Неделю уговариваю его нанять медбрата, отказывается.