Абель

Мне все труднее себя сдерживать, но и перейти эту долбаную черту я не могу! Не могу расслабиться, понимаешь? И что он так рвется в это байкерское братство?!"

"Меня царапнули ее слова о братстве, ведь я ощущала, что уже невольно была его частью. И что я уже окунулась и живу в том, от чего она так рьяно отбивалась и чего избегала. Но я понимала, что ей движет. И даже немного позавидовала, что у нее по крайней мере есть выбор. Однако она уже влюбилась, и это явно было не поверхностное увлечение. И неизвестно, сможет ли она противостоять этому чувству?

– Он какой-то непробиваемый, – продолжала подруга, – я никак не могу его раскусить! И от этого, похоже, меня еще больше к нему тянет.

В трубке повисла тишина.

– Викки, – произнесла я отчетливо, чтобы она сосредоточила внимание. – Я, наверное, скажу глупость для твоей принципиальной веры, но, может, все-таки у вас есть шанс?

Снова тишина.

– Может, и есть. Нет… Не знаю, давай сменим тему!

– Хорошо, – произнесла я уступчиво и вовремя вспомнила о своей неожиданной проблеме. – Эм… я, кстати, хотела попросить тебя. Хоть мне очень неудобно напрягать, но… нужны кое-какие таблетки.

– Что такое? Док что-то новое назначил?

– Нет. В общем, мне нужны таблетки, которые… ну, как это объяснить, которые…

– Блин, Элия, ближе к делу!

– В общем, которые принимают после полового акта, чтобы не забеременеть.

Ее молчание заставляло меня нервничать.

– Ага, – раздался осуждающий голос Вик. – Теперь понятно, какая взбучка у тебя была! Мои искренние поздравления, – хохотнула она. – Похоже, Абель показал тебе пятьдесят оттенков серого?

– Пятьдесят оттенков?.. – переспросила я растерянно.

– Ох, ну да… ты же не в курсе. Ладно, моя смена скоро кончится, и я привезу тебе твои таблетки.

– Хорошо, спасибо, – произнесла я смущенно, прежде чем она нажала отбой.

Викки приехала через два часа с обещанным препаратом. Белая коробочка с известным названием одного из средств оральной контрацепции. Всего две таблетки – и проблемы нет! Звучит прямо как циничная реклама…

– Одну прими сегодня, вторую через 12 часов, – пояснила Вик.

Я кивнула и поблагодарила подругу, которая сразу уехала домой – высыпаться после ночного дежурства. Пройдя на кухню, я некоторое время смотрела на матово-белую упаковку, затем аккуратно положила ее на столешницу возле раковины. Что-то внутри меня останавливало, и я не решилась их выпить прямо сейчас. Словно я снова проявляю свою «самостоятельность», только в этот раз ситуация была гораздо серьезнее.

Но ведь меня никто не спрашивал о моем мнении по этому поводу! Почему тогда я должна еще о чем-то задумываться, когда время ограничено? Пребывая в этой неуверенности, я заняла руки домашними делами.