А теперь держи меня

Егор уже смирился с моими причудами, поэтому знает, что спорить со мной бесполезно.

Подхожу к двери и смотрю в глазок. Снаружи стоит парень в кепке — его лицо прикрыто козырьком, но я сразу же узнаю гостя. Чёрт… Вот надо было ему прийти прямо сюда, прямо сейчас. Может, притвориться, что никого нет дома?

Звонок повторяется. Я вздыхаю, посылаю всех к чёрту, и открываю дверь. Ну, сейчас тако-о-ое начнётся!

— Всё готово. Осталось только решить, кто двинет в город, а кто останется здесь, — с ходу говорит Таран, впиваясь в меня своими пронзительным горящим взглядом.

Такие глаза у него бывают только в те моменты, когда парень уверен на сто процентов, что его план сработает. Таким оживлённым и нетерпеливо-безумным я видела его всего два раза: когда мы только приехали в Москву и когда он отправился спасать Машу в прошлый раз от шестёрок Арчи.

Андрей осекается и смотрит мне куда-то за спину — его взгляд застывает, в прочем, как и всё тело. Парень даже дышать перестаёт, и мне на мгновение кажется, что время останавливается. Моё сердце пропускает удар, я оборачиваюсь и вижу Мишу.

— Ребят, только давайте спокойнее, — осторожно прошу я, пугаясь, что они сейчас разнесут половину квартиры.

Кузнецов медленно проходит в коридор, словно кошка, пристально наблюдая за своей жертвой. Андрей в свою очередь не двигается, будто думая, что таким образом его не заметят. А, может быть, парень просто в шоке от того, что видит человека, который уже год считается мёртвым.

— Кузнец… — бормочет Таран. — Что ты делаешь? В смысле…

— Что ты делаешь? — серьёзно спрашивает тот. — Думаешь, раз я сдох, то можно трахать мою девушку?

— Что?! — выпаливаю я.

— Что? — в унисон мне тянет Андрей.

— Ты трахнул мою сестру?! — вскрикиваю я, отступая на шаг назад, чтобы позволить Кузнецову врезать этому придурку. — Серьёзно?! Бля…

— Да не трахал я её! — возмущается Таран. — С чего вы взяли-то?!

— Она мне сама рассказала, урод, — Миша хватает Андрея за шкирку, замахивается и со всей силы ударяет в лицо кулаком.

Я морщусь из-за противного хруста — рыжий хватается за нос, и сквозь его пальцы проступает кровь, смачно капая на пол. Кепка падает на пол, отлетая в сторону.

— Да почему вы все мне нос разбиваете? — ноет Таран. — Не трогал я Машу! Ясно? — он отступает, чтобы снова не нарваться на Кузнеца. — Не знаю, что она тебе наплела, но у нас вообще ничего не было!

Непонимающе смотрю то на Кузнецова, то на Андрея, думая, кто же из них прав?

— Так, стоп, я ничего не поняла! — вскидываю руки, подходя к ним. Толкаю Мишу в плечо и показываю пальцем, чтобы он отошёл в сторону. — Давайте сначала вытащим мою сестру, а потом будем разбираться, кто кого там трахал, ладно? Заходи, — командую Тарану, который с опаской косится на Мишу. — А ты не трогай его.