А теперь держи меня

Крепкая рука Егора осторожно поглаживает меня по спине, словно успокаивая, и я расслабляюсь. Нельзя думать о плохом. Если постоянно ожидать неприятностей, то они обязательно появятся подобно незваным гостям.

Матвей дёргает рукой, пристёгнутой наручниками, и пытается сесть удобнее. Наверное, тяжело столько времени находиться в одной позе, да ещё и с металлом на запястье. И откуда вообще у Тарана взялись эти оковы?

— Всё будет хорошо, — шепчет мне на ухо Егор, и я невольно улыбаюсь. — Я всегда буду рядом, слышишь?

Лишь киваю, сдерживая подступающие слёзы облегчения. Комок застревает в горле, дышать становится тяжелее, но я собираю все силы, чтобы не расплакаться. Как давно я ждала этих слов? Как сильно хотела услышать их именно от Шторма.

Но пока рано расслабляться. Остался последний рывок до финишной черты, и нам нужно собрать все силы, чтобы преодолеть её.

— Приехали, — Таран сбавляет скорость, плавно останавливаясь неподалёку от высокого двухэтажного здания, смахивающего на склад.

Окна у самой крыши, плотно закрытые ворота для грузовиков, несколько камер наблюдения. Это место не кажется заброшенным, но даже так во мне зарождается плохое предчувствие.

— Мы же не доехали до Москвы, — не понимает Егор. — Куда ты нас привёз?

Андрей не отвечает. Молча выключает двигатель, надевает кепку и открывает дверь, выбираясь на улицу. Следом за ним из машины выходит Маша — она решительно открывает дверь со стороны Матвея и отстёгивает наручники. Иркутский невнятно бурчит, что-то похожее на ругательства, и неохотно выбирается на улицу. Свежий прохладный воздух касается щёк, заставляя ёжиться, и я замираю, сдерживая дрожь. Не верится, что это конец. В голове не укладывается, что мы, наконец, добрались до конечной точки.

Егор, видимо, заметив мою нерешительность, накрывает руку ладонью и переплетает наши пальцы. Это лишь на краткий миг придаёт мне сил.

— Всё хорошо, — тихо говорит Шторм, и я ему верю, хотя не должна.

Мы выбираемся на улицу, негромко хлопаем дверью, осматриваемся.

— Это склад моего приятеля, — Таран решает снизойти до нас с объяснениями. — Он обещал прислать своих людей, чтобы они забрали нас и привезли в Москву. Им можно доверять.

Никто не отвечает, и Андрей первым двигается в сторону здания, наверное, чтобы показать нам, что опасаться нечего. Даже оружие не достаёт, хотя следовало бы. Мало ли, кто ждёт нас по сторону стен. Может быть, эти странные друзья тоже на стороне Арчи.

— Егор, — тихо бормочу я, заставляя Штормова остаться со мной позади всех на достаточном расстоянии, чтобы никто ничего не услышал.

Вот оно. Я сказала это вслух, и словно огромный камень рухнул с груди, открывая проход для накопившихся эмоций.