А потом я проснусь

— И добавляет лишнее: — Я по тебе очень скучала. Хотела написать сообщение, но все время стирала. И ты мне снился очень часто. Почти что каждую ночь.

Это какое-то испытание? Проверить, как быстро спадет эффект Бали и насколько сильно я размякну? Ну ладно, скучала, но к чему приплетать сюда сны? Если бы не они, мы бы здесь не сидели, и я бы не мучился рефлексией.

— Надеюсь, в твоих снах я был прилично одет, — шучу я больше от безысходности.

— Ты много со мной разговаривал. Я, когда просыпалась, потом долго не могла отойти. Все было как наяву.

«Не спрашивай ее больше, — зудит внутренний голос. — Не увязай в этом снова. Ни к чему».

— И что же я говорил?

Упрямый придурок."

"— Разное. Несколько раз называл меня дурочкой, но ласково. — Она слабо улыбается. — А еще как-то раз сказал, что долго меня искал и готов обнять.

Звенящий голос из снов эхом отдается в ушах: «Хочу, чтобы ты меня обнял. А ты этого хочешь?»

С шумом выпустив воздух, я ошарашено смотрю перед собой. Ну что за пиздец.

30

Не знаю, как так вышло, но после этой встречи в баре, я понял, что мне могу на нее по-настоящему злиться. Раздражаться при упоминании подарков от Сойки, чувствовать нытье в груди, когда она на меня смотрит, и мучиться немым вопросом «Какого хрена ты наделала?» могу, а злиться никак. У меня нет этому логичного объяснения. Ну, кроме того, что я половая тряпка, готовая всех простить и оправдать. Она выглядела такой маленькой и такой растерянной, что я просто не справился. Запихнул ей в руку те сотки, которыми она собиралась расплатиться за чай, и отвез домой. Даже обнять себя разрешил на прощанье. Если бы Георгий Волынский был свидетелем этой сцены, наверняка бы затребовал у матери тест на отцовство.

Кстати, в тот день я понял одну вещь: единственный человек, на которого я по-настоящему злюсь всю свою сознательную жизнь — это отец. Чувство это стабильно, никуда не уходит и лишь крепнет от встречи к встрече. Так что, может, не такая я и тряпка. Ну, или у него имеются особые таланты.

Так или иначе, эта встреча сняла вопросы о будущих пересечениях с ней в компании. Лелик по-прежнему дружен с Сойкой, я с ним вроде тоже помирился, так что причин избегать друг друга нет. Не то, чтобы видеть его и Ярославу вместе будет доставлять мне удовольствие, но, по крайней мере, пропала нужда составлять график встреч с друзьями.

Этим вопросом я и задаюсь, паркуясь возле развлекательного центра, где наша компания встречается для игры в боулинг: придут ли Сойка с Ярославой? Лелика я намеренно не спрашивал, кого он сегодня позвал. Я бы пришел в любом случае, так что, какая разница?

— Ты снова без Дины? — я киваю на стол, за которым, уставившись в телефон, сидит Алик.

— Ну, — немного виновато отвечает Лелик. — Мы с утра опять в пух и прах разругались.