А мы любили (СИ)

— Нет, скажи, — надавила Джамиля. — Я же вижу, что ты что-то не договариваешь. Поговори со мной.

Она протянула руку и накрыла ладонь дочери. Камелия еле слышно хмыкнула посмотрев на их пальцы — длинные, ровные, изящные, как у пианисток. И вообще они были очень похожи внешне, хотя характером Камелия пошла неизвестно в кого — жесткая, острая на язык, принципиальная. В те темные дни только на ней все и держалось.

— Я была зла на всех, — Камелия прикусила губу. — Ненавидела того человека, который сбил Зака. Злилась на Бога за то, что забрал нашего мальчика так рано. На папу… за то, что закрылся и забухал. На тебя.

— На меня? — переспросила Джама.

— Да. Я не могла до тебя достучаться. Никто не мог: ни папа, ни ажека (бабуля), ни аташка (дедуля), ни тети. Ты так глубоко погрузилась в свое горе, что никого не подпускала, — глаза девушки наполнились слезами. — А я не понимала, почему ты меня не слышишь? Я же тоже твой ребенок и я жива. Думала: неужели она любила его больше, чем меня, потому что он мальчик? Эгоистично, но всё же.

Джамиля встала, подошла к дочери, обняла ее за плечи и погладила по голове.

— Моя девочка, моя родная, я люблю тебя и никогда не делила вас.

— Известный факт: между дочкой и сыном, мама будет больше любить сына.

— Это неправда. Я люблю вас одинаково сильно, — она говорила искренне, хотя звучало это, как оправдание. — Но ты права — я не смогла справиться. Потому что нет ничего страшнее в этой жизни, чем хоронить своего ребенка.

— Знаю, мама, — Джамиля приласкала дочь и погладила по щеке. — Поняла это, когда родилась Селин, и уже не злюсь… на тебя. А вот папа…

— Давай больше не будем о нем говорить? Не хочу.

Но как бы Джамиля не старалась забыть бывшего мужа, убежать от него никак не получалось. В тот же вечер он прислал ей сообщение:"

"“Прошу, давай все-таки поговорим и все обсудим. Я тысячу раз виноват. Но я не могу без тебя”.

Она сразу же ответила коротко: “Нет”.

“Я не принимаю такой ответ”, - прилетело следом очень быстро.

“Мне все равно. Не пиши и не звони мне больше”.

Разозлившись, она вышла из мессенджера и отправила номер Даниала в черный список, а затем и вовсе удалила. Вот только стереть цифры из “Memory” оказалось проще, чем выкинуть мужчину из головы. Все последующие дни Джама то и дело возвращалась к нему мыслями, а однажды, когда редактировала документалку для телеканала, у нее зазвонил телефон. Взглянув на него, она вздрогнула и покрылась мурашками — на дисплее появилось ее имя. Джамиля уже и забыла, что этот номер есть в ее “Контактах”.

Глава 7. Милая серая мышка

На удивление, в это время дня на летней террасе популярной алматинской кофейни было занято всего три стола.