А я заставлю! (СИ)

Работает продавщицей в местном супермаркете.

Она вроде как счастлива с Игорем.

Я к ним не лезу. Вот только до сегодняшнего дня я понятия не имела, что сестра поддерживает общение с единственным наследником дяди Паши.

Интересно, каким это образом? Он нас люто ненавидел в мою с ним последнюю встречу. По взгляду стальных, как ртуть, глаз помню, что мне от страха убежать хотелось куда подальше. За всю совместную жизнь сестры с дядей Пашей я видела его всего два раза и оба раза мне не понравились.

Мы для него были как тараканы, поселившиеся в чужом доме без приглашения. И хоть мы жили в отдельной квартире его отца, мне кажется, он бы вытравил нас даже оттуда, если бы не слепая любовь его отца к Карине.

Добравшись до подъезда, замечаю, как в него как раз заходит мужчина в черном пальто. Открывает дверь и уже почти входит внутрь, как я окликаю его.

— Подождите пожалуйста. Придержите дверь.

Он на секунду останавливается, но не оборачивается. Придерживая дверь плечом, говорит с кем — то по телефону. Торопливо, чтобы не задерживать человека, вскарабкиваюсь по ступеням. От усталости еле ноги волочу. Вещей у меня в чемодане немного, но все равно он ощущается довольно тяжелым. Особенно после такой прогулки.

— Спасибо, — выдыхаю, наконец добежав.

Мужчина, не сказав и слова в ответ, проходит внутрь, а я семеню следом.

— Здравствуйте, — сдув с лица прядь волос, здороваюсь с бдительной женщиной консьержем. — Я в четыреста двадцать восьмую.

Она кивает, окинув меня странным взглядом, а потом такой же направляет в спину мужчине, что открыл мне дверь. Он, остановившись около лифтов, ударяет по кнопке вызова ладонью.

Я подхожу, перехватив немного иначе чемодан, и опираюсь спиной на стену. Руки гудят и, кажется, вот — вот отвалятся. Ног от холода вообще не чувствую.

— И что, что Новый Год? У нас контракт, — вздрагиваю от того, как категорично звучит мужской голос. — Ты ребенку подарки на что покупаешь? Правильно, на деньги, которые я тебе плачу, Стадников. Хочешь, чтобы платил и дальше, выполняй свои непосредственные обязанности. Тридцатого у нас самолёт, прилетишь домой второго. Твоя семья уж как — то отметит праздник без тебя.

Мои брови осуждающе ползут наверх. Ого, да у нас тут начальник — абьюзер вырисовывается.

Делая вид, что рассматриваю пространство, пробегаюсь взглядом по суровому мужскому профилю.

Его лицо, словно высеченное из мрамора, не выражает ни малейшего намека на сочувствие к человеку, который, похоже, на него работает. Высокие скулы, прямой нос, хищные глаза холодного стального цвета, которые почему — то мне кажутся знакомыми. Осматриваю дорогой костюм, пальто, покрытое тающими снежинками, часы на левом запястье, выглядывающие из — под края рукава… Тут и задумываться не надо.